Катастрофа 1986 г. Чернобыль и Припять

Музыка


Текущий опрос

Откуда вы узнали про Чернобыльскую трагедию?
Всего ответов: 533

Статистика





Яндекс цитирования
Главная » 2010 » Октябрь » 1 » 24 года назад мог произойти второй Чернобыль
24 года назад мог произойти второй Чернобыль
18:09

2 октября 1986 года новосибирские кинодокументалисты сняли падение вертолета Ми-8, лишь по счастливой случайности не рухнувшего в разрушенный энергоблок ЧАЭС [фото+видео]

..История пишется штрихами случайностей, и бесстрастное око кинокамеры не раз запечатлевало кадры, нежданно-негаданно становившиеся потом бесценным историческим документом. Вряд ли тот житель Далласа, снимая визит Джона Кеннеди в Техас 22 ноября 1963 года, полагал, что станет обладателем пленки с записью убийства президента. И новосибирские кинодокументалисты, работавшие осенью 1986 года в Чернобыле, не думали, что съемка митинга при строительстве саркофага разрушенного 4-го энергоблока ЧАЭС обернется рождением одних из самых трагических и символических кадров, снятых при ликвидации последствий аварии. И чтобы понять, что произошло тогда у жерла атомного Везувия, мы перенесемся на 24 года назад и восстановим события того дня и всего, последовавшего за этим. А помог нам в этом Валерий Новиков, новосибирский кинодокументалист, непосредственный очевидец случившегося.

Все произошло в считанные секунды и заняло 1 метр 26 кадров кинопленки.
Все произошло в считанные секунды и заняло 1 метр 26 кадров кинопленки.
Фото: из личного архива Валерия Новикова

Первые шаги по Зоне

Перво-наперво возникает вопрос: а что же делала в Чернобыле съемочная группа из далекого Новосибирска? Оказывается, сооружением саркофага (официально - «объект «Укрытие». - Прим. авт.) для взорвавшегося энергоблока на одном из этапов занимались специалисты новосибирского «Сибакадемстроя». Было создано Управление строительства-605, которое возглавил сибиряк Геннадий Лыков. Он и пригласил группу Западно-Сибирской киностудии заснять хронику «борьбы человека с мирным атомом», в одночасье ставшего опаснейшим врагом и превратившего плодородные украинские земли в смертоносную Зону. Зону заражения…

- Мы прибыли туда в сентябре 1986 года. Уже тогда было понятно, что саркофаг - это уникальное сооружение, которое человеку строить еще не приходилось, и мы стремились снять на черно-белую пленку как можно больше, - вспоминает в разговоре с «КП» Валерий Германович. - За два месяца, что мы там провели, довелось побывать везде, включая крышу и сам машинный зал 4-го энергоблока. Туда нас пустили буквально на минуты - радиация зашкаливала за все мыслимые пределы. Все всё понимали, но страха не было - ведь, как и остальным, нам надо было работать, а об остальном мы особо не задумывались…

Съемочная группа из Новосибирска. Слева направо: Сергей Шихов, Виктор Гребенюк, Валерий Новиков и Виктор Попов.
Съемочная группа из Новосибирска. Слева направо: Сергей Шихов, Виктор Гребенюк, Валерий Новиков и Виктор Попов.
Фото: из личного архива Валерия Новикова

«Мы» - это сам режиссер Валерий Новиков, редактор Виктор Попов, ассистент кинооператора Сергей Шихов и кинооператор Виктор Гребенюк. В числе прочего, съемочная группа поднималась в воздух и снимала ЧАЭС с борта вертолетов, засыпающих реактор дезактивирующим раствором. Более 10 000 метров пленки отсняли новосибирцы в свою первую командировку на Чернобыльскую электростанцию - это стало основой для нескольких документальных фильмов: «Чернобыль. Осень 86-го», «Чернобыльская Богоматерь», «Чернобыльские барды». Но это было потом, а тогда, 2 октября 1986 года, группа готовилась снимать торжественный момент.

«Народу нужен праздник!»

К октябрю основная часть «саркофага» была готова. Реактор закрыли огромными мощными металлическими плитами, за которые непрерывным потоком заливали бетон. Сотни часов тяжелейшего труда дали результат - радиационный фон вокруг станции ощутимо упал. Чтобы отметить первую победу, руководство решило провести митинг - прямо на площадке перед ЧАЭС.

- Помню, я еще засомневался тогда, - говорит Валерий Новиков. - «Прямо уж митинг?» - «Митинг!» - твердо ответил один из начальников управления Министерства среднего машиностроения СССР (собственно, это ведомство и курировало всю атомную промышленность. - Прим. авт.). «Ты не понимаешь - начал горячиться он, - это же символ! Месяц назад из-за радиации люди тут что делали? Бегали. А теперь будут речи говорить. Народ устал, ему праздник нужен!»

На последнем блоке саркофага расписывались, как на Рейхстаге - ведь это тоже была победа…
На последнем блоке саркофага расписывались, как на Рейхстаге - ведь это тоже была победа…
Фото: из личного архива Валерия Новикова

И он состоялся 2 октября. Особо отличившимся вручали грамоты, играл военный оркестр… Еще предстояло много работы: крыши у саркофага пока не было. Но уже был повод вздохнуть с облегчением. Митинг подходил к концу, когда в небе появились вертолеты. Гул двигателей перекрикивать смысла не было, и мероприятие пришлось свернуть досрочно. Пилоты тем временем занимались вошедшим в привычку делом - подводили свои винтокрылые машины к реактору и сбрасывали на него дезактивирующий клейкий раствор - он связывал радиоактивную пыль на земле, не давая ей подняться. Экипажи и сами машины получали при этом огромные дозы радиации. Свинцовые плиты, которые закрепляли на днище и боках фюзеляжа, не могли спасти ситуацию. Эти вертолеты затем отправили в могильник техники под Чернобылем, все они глубоко зарыты в землю. Все, кроме одного…

«Я снял! Я его снял!»

…В этот день помимо митинга съемочная группа Новикова планировала снять еще эпизод в бункере - не пострадавшем от взрыва помещении станции, из которого велось дистанционное управление немецкими кранами «Demag», укладывавшими огромные бетонные блоки и металлоконструкции объекта «Укрытие». Краны эти, кстати, снимать не рекомендовали: в СССР не нашлось техники достаточной мощности, и ее привезли из Германии, причем не из дружественной ГДР, а из капиталистической ФРГ - такой вот неудобный момент… Туда все и отправились, и только оператор Виктор Гребенюк остался перед саркофагом - решил поснимать крупные планы. К реактору подлетал очередной Ми-8 с бадьей раствора… На часах было 17.34.

- В первое мгновение никто не понял, что произошло, - продолжает Валерий Германович. - Один из вертолетов куда-то пропал, и экран монитора управления заволокли клубы густого дыма. «Упал?» - неуверенно проговорил кто-то из начальства… Тут же захрипела рация - все рации работали с искажением из-за сильной ионизации воздуха, быстро садящей батарейки. «Тут эта… Вертолет упал…» - «Куда? - взревел начальник стройки - В развал?!» - «Нет вроде…Метров пятьдесят в сторону, за машинный зал. Горит сильно!» - «Вроде или точно?!» - «Точно… Вроде…» - «Люди на площадке, куда упал, были?!» - «Нет вроде…Не знаю».

Памятник погибшим пилотам. С этого поля отправился в последний полет экипаж Воробьева.
Памятник погибшим пилотам. С этого поля отправился в последний полет экипаж Воробьева.
Фото: из личного архива Валерия Новикова

И тут пришла пугающая мысль: «А как же Виктор Гребенюк? Что с ним?»

- Через минуту-другую я увидел оператора в бункере. Он прижимал к груди свою камеру «Конвас», находясь в состоянии, которое в народе обозначают словом «колотит» - сильнейшего возбуждения. Срывающимся голосом Виктор зашептал мне в ухо: «Я снял! Я его снял! Я как раз за ним вел панораму, а он…». Уже потом нам сказали, что за штурвалом сидел Владимир Воробьев - именно с ним мы летали в первый день съемок над станцией…

А случилось вот что. По какой-то причине вертолет слишком близко подошел к немецкому крану и лопастями задел его трос. Лопасти мгновенно разрушились, и машина камнем рухнула на землю - в стороне от людей, рядом с машинным залом. Трудно представить, что было бы, если бы полностью заправленная машина упала в сам развал и каким мог бы стать второй выброс… Но в этот раз «мирный атом» забрал лишь четверых. Будто и так мало горя случилось на этой земле…

Опьянение радиацией

Кроме капитана Воробьева погибли еще трое: второй пилот - старший лейтенант Александр Юнгинд; бортмеханик - старший лейтенант Леонид Христич и прапорщик Николай Ганжук. Последний работал в обслуживании вертолетной площадки и оказался на борту случайно - хотел сделать несколько фотоснимков с высоты… Уже 3 октября на имя председателя КГБ УССР был отправлен рапорт, в котором говорилось: «По предварительным данным, катастрофа произошла в результате ослепления лучами солнца командира экипажа». Может, так и было. Сами пилоты-вертолетчики говорят, что радиация вызывала разные реакции - слабость, кровь из носа, тошнота, короткие потери сознания. И в том числе состояние, подобное эйфории или опьянению. А если добавить к этому по 8 - 10 вылетов в день… Трагедий могло бы быть больше.

…Тем же вечером 2 октября новосибирцы решали, что дальше делать с пленкой. Дошло даже до того, что Гребенюк засомневался: а работала ли камера, когда он смотрел в объектив на падающий вертолет? В итоге ассистент Сергей Шихов отправился в Новосибирск - проявлять и печатать пленку. Все оказалось на месте… Один метр, 26 кадров трагедии… Через неделю пленка вернулась в Чернобыль вместе с директором студии Валентином Пономаревым.

- Я, естественно, включил этот кадр в фильм «Чернобыль. Осень 86-го», который поехал сдавать в Москву, - говорит Новиков. - К тому времени вышел строгий приказ, что все картины на тему Чернобыля должны получать визу специальной комиссии атомного министерства, из соображений секретности именуемого безлично «Средмаш». Там фильм посмотрели - реакция была резко негативной, критика - разгромной. Фильм назвали «плохим, вредным», комиссии не нравилось, что в кадре постоянно мелькала зарубежная техника, а уж «падение вертолета - вообще ни в какие ворота».

Копия отчета КГБ о падении Ми-8.
Копия отчета КГБ о падении Ми-8.
Фото: ssu.kmu.gov.ua

«Что, у нас в Чернобыле вертолеты поминутно падали?! Просто с неба валились как дождь - так, по-твоему, выходит?! Жареное протащить хочешь? А мы тебе не позволим жареное тащить!» - такими были слова принимавшего фильм заместителя Председателя Совета Министров РСФСР Геннадия Ведерникова, обращенные к режиссеру.

Валерий Германович вспоминает, как тогда он встал и начал говорить, что и в уме не держал такой зловредной мысли - нанести урон родному государству - совсем наоборот, что падение вертолета было случаем единичным, который ярко показывает трудности, с которыми успешно справлялся советский народ под руководством… Но любые аргументы тут были бессильны - картину запретили.

Реальность и домыслы

Запрет был недолгим: в СССР шла перестройка, и вскоре фильм стал достоянием общественности. Кадры с падающим Ми-8 были растиражированы несчетное количество раз - чаще всего без упоминания авторства. Про саму новосибирскую киногруппу и катастрофу пошли всевозможные слухи - что вертолет упал на митингующих, и погибли сотни строителей, что Новиков, Гребенюк и другие были на борту в момент падения и сгорели вместе с экипажем…

Слухи слухами, но правда тоже оказалась невеселой. Вскоре после съемок словно злой рок начал косить всех, кто был причастен к картине. Замминистра «Средмаша» Усанов получил после завершения работ по ликвидации Звезду Героя, а через год умер. Сценарист и редактор новосибирской группы Виктор Попов тоже прожил недолго. А 16 февраля 1990 года трагически погиб Виктор Гребенюк. Он приехал в Москву по приглашению Федора Конюхова отправиться вместе в экспедицию к Северному полюсу. И в ту же ночь его нашли рядом с гостиницей «Урал» с проломленной головой. Следователи так и не выяснили, что же случилось с Виктором. Похоронили его в Новосибирске. Где-то в безымянном могильнике покоится и его кинокамера - верный «Конвас» безнадежно «пропитался» радиацией, поэтому пришлось захоронить его поглубже, залив сверху толстым слоем бетона.

А на вертолетной площадке между Чернобылем и станцией - там, откуда поднимались в воздух машины, выполнявшие бесконечные рейсы дезактивации, установили памятник. Часть лопасти вертолета, устремленная в небо и окруженная символическим саркофагом. На ней табличка с четырьмя фамилиями – тех, кто в числе многих встали лицом перед опасностью, какой еще не знало человечество, и отдали свою жизнь за жизни многих других. Тех, кто просто делали свою работу, обернувшуюся подвигом. Тех, кого называли Ликвидаторами…

Фотофакт

Глаза не обманули вас - это действительно Алла Пугачева, стоящая на коленях перед чернобыльцами. Будущая Примадонна нашей эстрады посетила с концертом Чернобыль той же осенью 1986 года. Выступление прошло в поселке ликвидаторов Зеленый Мыс - относительно чистом от радиации месте километрах в 70 от ЧАЭС. По воспоминаниям Валерия Новикова, Алла Борисовна уже тогда не боялась многое себе позволять - исполняя свой шлягер «Эй, вы там, наверху», певица добавила в припеве: «Зачем взорвали станцию?». Тем простым людям, перед мужеством которых преклонила колени Алла Пугачева, не нужно было объяснять, кому были адресованы эти слова…

Алла Пугачева на концерте для ликвидаторов. Сентябрь 1986 года.
Алла Пугачева на концерте для ликвидаторов. Сентябрь 1986 года.
Фото: из личного архива Валерия Новикова

Из досье «КП»

Валерий Новиков трудится и по сей день. События 1986 года так и не отпускают его… В 1988 году наш собеседник вернулся в Зону и снял еще три фильма о трагедии. Впоследствии он был удостоен Ордена Мужества, стал Заслуженным деятелем искусств России. В 1997 году вышла его книга «Черно-белый Чернобыль», которую с тех пор не раз пытались переиздать, но средств пока так и не нашлось. Будем надеяться, что к 25-й годовщине аварии на ЧАЭС это все-таки удастся сделать. А в 2005 году Валерий Германович снял фильм «Черно-белый Чернобыль Виктора Гребенюка» - посвящение талантливому и безвременно ушедшему коллеге-кинооператору.

http://kp.ru/daily/24567/740590/

Просмотров: 6904 | Добавил: Редактор | Рейтинг: 5.0/4 |

Поделиться:
Похожие материалы
Похожих новостей особо нет.

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Вход на сайт

Мы вконтакте

Случайное фото

Поиск

Календарь

«  Октябрь 2010  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Друзья сайта



Наш баннер



Метрика